Обратно я возвращалась без всего. Вернее даже со всем. У вас, наверное, возник вопрос: это как? Тоже самое мне спросила моя знакомая Алла. Знакомы мы с ней с Самбурга (прелестный город с населением тысяча человек вместе с детьми из интерната).
Именно благодаря Алле я попала в это стойбище. У неё здесь родственники. А меня она представила как неплохую русскую даму, которая немного не в себе.
Так и вот. Начала я жаловаться на то, что виной моей неудачи являются олени. Да и как тут вообще можно сходить по нужде в таких условиях? На что Алла предложила мне провести мастер класс. Тем более, что её тоже уже прижало.
И вот мы уже идём вдвоём. Олени уже успели рассредоточиться. Однако при виде нас, начали опять собираться в кучу.
Алла сказала, что на них стоит немного накричать, чтобы они разбежались. Ну, я объяснила, что я кричала. Отмахиваясь от меня щепкой, Алла не поверила моим словами про крики. Вспомнив ассоциацию с институткой, я не стала с ней спорить.
Животные продолжали движение вслед за нами. Моя спутница остановилась, сделала небольшое углубление в снегу, приподняла ягуш (такое девичье убранство из шкуры оленя) и как закричала не совсем приличную фразу. Эхо стояло на всю тундру. А оленей и след простыл. На горизонте они появились только тогда, когда все дела уже были успешно сделаны. После этого провожатые мне не требовались. Фразу эту я хорошо знала и могла ее сама произнести. Кстати, кричать надо что-то типа «валите отсюда ***».
Главное было начать кричать, необязательно даже полностью все выражение. Теперь, если я слышала крики, то знала: кто-то пошёл по нужде. Спустя несколько дней привыкла и начала по голосам уже различать, кто на этот раз пошёл «делишки» делать.