Женщина заглянула в сумку и ахнула от ужаса: там лежало нечто, от чего у неё мурашки побежали по спине!
Мальчик уткнулся носом в окно и ныл бабушке:
— Бабуль, ну когда мы уже пойдём гулять?
— Сегодня мороз, внучок, в другой раз, — отмахнулась старушка. — Да и вязать надо, заказ горит.
Галина Семёновна подрабатывала дома, вязала шапки да шарфы на продажу. А тут ещё внук Сашка пристаёт: гулять ему подавай. В конце концов, она сдалась:
— Ладно, ладно, идём, но ненадолго! На улице хоть волков гоняй, а у меня дел по горло.
Вышли. Двор был пуст — кто в такую погоду на улицу вылезет? Естественно, внук носился как угорелый, а бабка уже коченела от холода.
— Всё, Сашенька, домой! Простынем ещё, — вздохнула она.
Но мальчишка был неугомонный. Промчался по площадке, залез в лабиринт и вдруг затих. Бабка зовёт — молчит. Подошла ближе, окликнула — и тут он выдаёт:
— Бабуль, тут кукла валяется, давай возьмём! {{IMAGE 1}}
Галина Семёновна заглянула внутрь и обомлела: в углу лежала сумка, а из неё доносился слабый писк. Сердце ёкнуло. Раздвинула молнию — а там младенец, завёрнутый в тонкую пелёнку. Личико уже синее от холода.
Бабка схватила малыша, прижала к себе, дрожащими руками набрала «скорую». Приехали врачи, милиция. Ребёнка увезли, а Галина Семёновна с внуком остались давать показания.
— Как нашли? — интересовался участковый.
— Да внук нашёл, балбес, везде нос суёт. Я бы и не услышала, кабы не он.
— Молодец, парень! — похлопал его по плечу милиционер.
Бабка только качала головой: как можно бросить своё дитя? Разве сердце не дрогнет?
— Эх, бабушка, — вздохнул участковый, — сейчас и не такое бывает. И в мусорку швыряют, и в подъездах оставляют. Мы уж ничему не удивляемся.
Галина Семёновна попросила узнать, как малыш. Оказалось, переохладился, но жив-здоров. Хотя ещё чуть-чуть — и не спасли бы.
Домой вернулись потрёпанные. Ни о каком вязании и речи не шло — нервы ни к чёрту.
Наутро бабка позвонила в больницу.
— Вам зачем? Кем приходитесь? — спрашивали её.
— Да ни кем, просто волнуюсь. Мы же его нашли!
— А-а, это вы! — голос на том конце потеплел. — Так это девочка! С ней всё хорошо. Спасибо вам!
